Угроза, исходящая от ИГИЛ — Хорасан и других террористических организаций,  базирующихся  на северо-востоке Афганистане для безопасности Таджикистана

Угроза, исходящая от ИГИЛ — Хорасан и других террористических организаций,  базирующихся  на северо-востоке Афганистане для безопасности Таджикистана

К.Искандаров, д.и.н., директор

Центра изучения Афганистана и региона

(Таджикистан)

Аннотация

В статье анализируется  военно- политическая ситуация в Афганистане после падения Исламской   Республики. Отмечается, что передача власти в августе 2021 Талибану, признанной террористической организацией во многих странах, в том числе в Таджикистане не может не вызывать  обеспокоенность в республиках Центральной Азии,

Обращается внимание на то обстоятельство, что руководство Талибан уверяет, что  «с  территории Афганистана не будет исходить угроза соседним странам», в то же время представители высокого ранга Талибан заявляют, что «иностранные моджахеды» наши братья, и мы должны всячески поддержать их». В приграничных с Таджикистаном провинциях Афганистана,  действуют самые опасные международные террористические организации, такие как: Ал-Каида, ИГИЛ-Хорасан, Ансаруллах, Катибат аль-Имам аль-Бухари,  Хизб-ат-тахрир, Исламское движение Узбекистана (ИДУ), Исламское движение Восточного Туркестана (ИДВТ) и другие, цель которых — свержение светских режимов в регионе.

Отмечается, что  немалую угрозу представляет транзит экстремистской  идеологии и мировоззрения, воздействие на  «спящие ячейки»  международного терроризма, экстремизма и религиозного радикализма в  странах Центральной Азии, возможности превращения Афганистана в новый центр исламского радикализма.

Ключевые слова: Афганистан, террористические организации, ИГИЛ-Хорасан, Аль-Каида, Ансарулла, Таджикистан.

Введение

Переход всей территории Афганистана под контролем террористической организации «Талибан» в августе 2021 года, вызвал обеспокоенность в странах Центральной Азии. В частности, создание и провозглашение так называемого Исламского Эмирата Афганистан, хотя и не признанного официально ни одной страной, не может не вызывать озабоченность в этих странах. Официальные власти стран региона обеспокоены тем, что в приграничных с Таджикистаном провинциях действуют различные террористические организации, которые не скрывают свою цель- свержение светских режимов в Центральной Азии. Беспрепятственная деятельность этих групп, создание тренировочных лагерей и баз, транзит террористов из Ближнего Востока, при попустительстве и даже помощи Талибан может предоставлять реальную угрозу Таджикистану.  Это происходит в то время, когда некоторые центральноазиатские государства считают, что они могут прийти к соглашению с талибами и заставить группировку контролировать другие транснациональные террористические группировки, базирующиеся в Афганистане.

Цель настоящей статьи анализ и выявление степени угрозы, исходящая от ИГИЛ — Хорасан и других террористических организаций,  базирующихся  на северо-востоке Афганистане для безопасности Таджикистана.

Метод исследования.

При написании статьи использованы исторический метод исследования, а также  методы сравнительного анализа.

Безусловно, в настоящее время нет  единого мнения среди ученых, экспертов и политиков относительно угрозы, исходящие из Афганистана, в частности со стороны террористических организаций, базирующихся на севере страны.  Некоторые эксперты считают Талибан не джихадистской организацией, не связанной с глобальной сетью международного терроризма, а талибов последователями Ханафитского только ислама и в этническом отношении пуштунами. Отсюда,  по их мнению, Талибан в глобальном масштабе не представляет угрозу и может контролировать террористические организации, базирующихся в Афганистане, не допустить, с их стороны каких либо угроз для соседних стран. Однако другие эксперты считают Талибан «гибридной» организацией, которая может  перейти как  в сторону исламизма, так и закрепления традиционализма в его идеологии. Они  уверены, что если не в глобальном, то в региональном масштабе Талибан представляет угрозу безопасности стран Центральной Азии.

В работе использованы выступления Президента Республики Таджикистан Эмомалї Рањмона, Доклад Совета безопасности ООН по Афганистану, работы таджикских, российских и других зарубежных экспертов, а также информации, представленной некоторыми инсайдерами в Афганистане.

Результаты

Прошло 6 месяцев с того дня, когда 15 августа 2021 г. вся власть  в Афганистане передана Талибану, признанной террористической организацией во многих странах, в том числе в Таджикистане. Произошел своеобразный    прецедент — власть передана организации,  официально считающаяся  террористической на уровне Организации Объединенных Наций (ООН), половина членов Талибан находятся в черном списке этой организации, как опасные международные террористы.

Это произошло в условиях, когда   многие страны,  минимум в последние полтора два года, вели свою игру с талибами, строили планы сотрудничества, представляя Талибан у власти. При этом всеми возможными методами пытались формировать новый имидж  Талибану, способствовали практически легализации террористической организации. И подписание Соглашения  между США и Талибан в Дохе 29 февраля 2020 г. создало все предпосылки для захвата власти этой террористической организацией.

Все что сегодня требует мировое сообщество от Талибан: формирование инклюзивного правительства, соблюдение прав женщин, права этнических и религиозных меньшинств, недопущение угрозы для стран региона, а не только для США и их союзников,  нужно было  добиться до вывода сил НАТО из Афганистана, в ходе переговоров США-Талибан в Дохе.  Ибо было очевидно,  что после вывода сил США и  НАТО Талибан, который никогда  не признавал правительство ИРА,  не пойдет на формирование инклюзивного правительства.

Свидетельством служит сложившаяся нынешняя ситуация, когда ни одно государство не признает Исламский Эмират Талибан, требуя формирование инклюзивного правительства, соблюдение прав женщин, гарантии безопасности . Однако руководство Талибан, несмотря на  сложную социально-экономическую ситуацию в стране не идет на уступки.  Международное сообщество сейчас находится на перепутье. С одной стороны, не оказывать помощь населению, это приведет к гуманитарной катастрофе. С другой стороны, процесс оказание помощи трудно представить без сотрудничества с Талибан, что означает если не юридически, то де-факто признанием Талибан и приведет к укреплению его позиций.

В связи с ухудшением гуманитарной ситуации многие страны не только оказывают  помощь Афганистану,  но имеют тесные связи с Талибан, их посольства действуют в Афганистане. Делегация талибов участвовала в представительной встрече Московского формата и  имела возможность напрямую общаться с представителями  стран региона. Делегация Талибан была участником чрезвычайной сессии совета министров иностранных дел ОИС (Организации Исламского Сотрудничества) в Исламабаде и имела возможность выступить и изложить свою точку зрения.

По сообщению радио «Азади» Норвегия пригласила делегацию Талибан «посетить Осло  с 23 по 24 января 2022 г. для встречи, как с представителями  этой страны, так и  представителями международного сообщества,  различных слоев афганского общества, в том числе женщин-  руководителей»[1]. Делегация во главе с исполняющей обязанности министра иностранных дел Амирханом Муттаки провела встречу в Осло  с специальными представителями из Соединенных Штатов, Великобритании, Норвегии,  Германии, Италии, Катара, Франции и ЕС, также представители талибов провели встречи с  правозащитниками и представителями афганской диаспоры [2].Происходят встречи и переговоры делегации Талибан с Ираном, Туркменистаном, Узбекистаном и другими странами. Это говорит о том, что  де-факто происходит признание Исламского эмирата Талибан[3] и создаются предпосылки для юридического его оформления.   В то же время,  ведущие страны не оказывают действенное давление на Талибан, чтобы были выполнены поставленные ими  условия для его международного признания, а главное для обеспечении мира и стабильности в этой стране.

Установление в Афганистане   фундаменталистского исламского режима Талибан, несомненно, создает риски  для безопасности Таджикистана. Хотя «талибы неизменно публично и в контактах с иностранными представителями подтверждают, что с терри­тории Афганистана не будут исходить угрозы другим государствамднако эти заявления по ряду причин пока не могут устранить озабоченность стран региона, особенно Таджикистана, который имеет самую протяженную, из всех стран Центральной Азии, границу с Афганистаном, и в ходе гражданской войны в 90-е годы испытал на себя все трагические последствия разгула экстремизма и терроризма в Афганистане.

В Дохинском соглашение, на которого ссылаются талибы,  во всяком случае, в обнародованных статьях, говорится о гарантиях Талибан безопасности только США и их союзникам[5], а о безопасности соседних стран ничего не говорится.

Кроме того, заявления Талибан не подкреплены практическими мерами по устранению угроз, исходящих из  террористических организаций,  базирующихся  в Афганистане, особенно на севере страны. По имеющимся данным, в Афганистане,  действуют десятки террористических организаций, как центрально-азиатского происхождения, так и международных террористических организаций, представляющие  угрозу безопасности Таджикистана?  Террористические организации центрально азиатского происхождения, такие как Совет исламского джихада,  Ансаруллах, Катибат аль-Имам аль-Бухари,  Исламское движение Узбекистана (ИДУ), Исламское движение Восточного Туркестана (ИДВТ) и другие, по-прежнему, продолжают свою деятельность на территории северо-восточных провинциях Афганистана, которые  не скрывают свою цель — свержение светских режимов в Центральной Азии.

По данным некоторых инсайдеров после свержения республиканского режима в Афганистане  члены экстремистских организаций иностранного происхождения, в том числе Ансаруллах, состоящий из таджикских террористов,   чувствуют себя как никогда безопасно, свободно ездят по стране, вооружаются новейшим оружием, создали десятки лагерей для подготовки своих боевиков. Об этом в недавнем выступлении на внеочередной  сессии Совета коллективной безопасности ОДКБ  заявил президент Республики Таджикистан Эмомали Рахмон. «По данным наших спецслужб, заявил Эмомали Рахмон, количество лагерей и центров по подготовке террористов, граничащих с южными границами ОДКБ, в северо-восточных провинциях Афганистана насчитывает свыше 40, а их численный состав достигает более шести тысяч боевиков»[6]. Более того, из тюрем в Афганистане были освобождены тысячи их сторонников, что   привело к активизации их деятельности.

По сообщению некоторых инсайдеров Талибан традиционно имеет хорошие отношения с Джамаат Ансаруллах, между ними налажено сотрудничество.  После прихода к власти, на этапе формирования новой армии, Талибан привлекает  членов Ансаруллах, в качестве инструкторов на курсы военной подготовки молодых талибов, в частности в Кундузе и Имаме Сахибе.

Руководство «Талибан» с одной стороны заверяет о  гарантии безопасности со стороны Афганистана, а с другой стороны,  по данным инсайдеров, представители высокого ранга Талибан заявляют, что «иностранные моджахеды», наши братья, и мы должны всячески поддержать их». Во всяком случае,  пока в странах Центральной Азии не уверены, что талибы выполнят  свои обещания и сделают все возможное, чтобы государства Центральной Азии почувствовали себя безопасным со стороны Афганистана.

Серьёзной угрозой для безопасности Таджикистана является присутствие международных террористических организации, такие как: Ал-Каида, ИГИЛ-Хорасан, Хизб-ат-тахрир и т.д. По данным некоторых инсайдеров, сегодня в этой стране  действуют как ИГИЛ — Хорасан, из  числа представителей местного населения, членов организации центрально-азиатского происхождения, присягнувшие этой организации, так и члены так называемое Исламское государство, связанное  с Ближним Востоком, боевики которого прибывают из Ближнего Востока. Тревожным сигналом для нас служит поступившие данные о том, что на сторону  ИГИЛ-Хорасан переходят часть военнослужащих свергнутого правительства, а также некоторые группы талибов. За шест месяцев правления Талибан согласно докладу Совета безопасности ООН численность ИГИЛ-Хорасан из 2200 чел. выросла до 4000 тысяч[7]. Это как за счет освобождение из афганских тюрем  членов этой террористической организации, так и возможно за счет привлечения новых членов, что не может не беспокоить правительство Таджикистана.  Не секрет, что «Сеть Хакани», руководители которой практически контролируют сегодня непризнанное правительство Талибан всегда сотрудничали с ИГИЛ-Хорасан, методы их деятельности, основанные на террор с использованием смертников, не отличались. Нет никаких оснований говорит об изменений отношений Сети Хакани к ИГИЛ-Хорасан.

Согласно, имеющимся данным международная террористическая организация Ал-Каида продолжает свое присутствие в Афганистане. И более того,  уделяет пристальное внимание провинцию Бадахшан и другим провинциям северо-востока Афганистана. Судья по информации некоторых инсайдеров, Талибан не только не порвал связи с Аль- Каидой, но укрепляет их. В том числе, члены Аль-Каида выполняют функции инструкторов в созданные ими же учебных центров для военной подготовки  боевиков. Аль-Каида традиционно имеет тесные связи с таджикской  террористической группировкой -«Джамаат Ансаруллах» в Бадахшане, оказывает ей финансовую помощь.

В недавнем  аналитическом  докладе  группы по контролю над санкциями Совета безопасности ООН отмечается, что «сын Усома Бен Ладена- Абдулла в октябре (прошлого года) посетил Афганистан в целях встречи  с талибами». Согласно этого же доклада Совета безопасности «после шести месяцев правления Талибан,  Афганистан имеет потенциал, чтобы стать  безопасным убежищем для Ал-Каиды и некоторых других террористических групп из  Центральной Азии и за ее пределами»[7].

Не может не настораживать тот факт, что по истечению шести месяцев после прихода Талибан не произошло никаких изменений в отношениях между Талибан и международными террористическими организациями в плане их изоляции или выдачи странам их происхождения.

Обостряющееся геополитическое соперничество в мире между ведущими странами, особенно между США и Россией и США-Китаем,  также может оказать негативное влияние на  безопасность региона, из –за возможности использования террористических организаций в гибридной войне против интересов друг друга в регионе.

Феномен победы Талибана не может остаться изолированно, он окажет и уже оказывает влияние на соседние мусульманские страны. В Таджикистане отдают отчет в том, что победа Талибана среди исламских радикальных организаций преподносится  как триумф, как победа ислама в целом. Это  не может не вдохновлять вооруженных исламистских организаций и групп на борьбу за установление норм шариата в других странах.  Другими словами, если даже исключить возможность прямого вторжения «Талибана» или отдельных, отколовшихся от него более радикальных элементов в Центральную Азию (хотя нельзя полностью исключить это), тем не менее, «тенденция, которую запустили талибы своими успехами представляет гораздо большую угрозу этим государствам»[8].

Таким образом, Талибан обладает большой потенциал для экспорта экстремистской идеологии, влияние на так называемых «спящих ячеек»  международного терроризма в странах Центральной Азии. Более того, наблюдатели отмечают  о наличии в этих странах значительной  части молодежи, сочувствующие талибов и их   идеологии.

Сейчас среди части экспертов, политиков, и даже дипломатов распространено мнение, что  Талибан не джихадистская организация, а талибы последователи ханифитского толка  ислама, чисто пуштунское национальное движение  и их цели не выходят за пределы Афганистана, и  Талибан в глобальном масштабе не представляет угрозу. Однако специалисты характеризируют Талибан  как «гибридное» движение. То есть, для Талибан открыты пути как в сторону исламизма (при этом не обязательно радикального), так и закрепления традиционализма в его идеологии, и  уверены, что никак нельзя отрицать, что если не в глобальном, то в региональном масштабе в пределах того или иного государства или региона феномен Талибан может сработать[8]. Представляется, что этот регион может вполне стать Центральная Азия.  Есть все предпосылки, что Афганистан при правлении «Талибан» превратится в новый центр ислама и притяжение исламских радикалов. Вероятность миграции или хиджры теперь в Афганистан существует. Некоторые эксперты считают, что  в настоящее время  в мусульманских кругах ряда государств Центральной Азии, Закавказья, российского Северного Кавказа и Поволжья, да и арабского мира, существует запрос на появление нового исламского центра силы…[8].

Нельзя не заметить, что  за более сорока лет войны в Афганистане в регионе появилась поколение, джихадистов для которого «джихад» и «шахадат» стали смыслом жизни.  Казалось, что связывало Исламскую партию Г.Хекматиара с Азербайджаном в 90-е годы прошлого века, если не джихад. Причем Г.Хекматиар тогда занимал пост премьер- министра Исламского государства Афганистан. По его распоряжению тысячи боевиков отправились на джихад в Карабах и десятки похоронены на азербайджанской земле[9]. Опыт 90-их годов боевики ИПА были готовы повторить и в ходе недавней войны в Карабахе.

Сегодня  в  Министерства обороны Талибан созданы батальоны смертников — так называемые Истишхаде (Интихари). В составе этих батальонов входят и много иностранных боевиков, что повышает вероятность  для проведения террористических операций или участие в так называемом джихаде  за пределами Афганистана.

Таким образом, можно заключить, что концентрация боевиков, представляющих различных террористических организаций в афганских провинциях, граничащих с Таджикистаном,  на ряду с другими факторами, связанные со сущностью режима Талибан и его целей, представляет несомненную угрозу безопасности Таджикистана.

Заключение

В заключение следует отметить, что пока в Афганистане действуют террористические организации, цель которых дестабилизация ситуации в Центральной Азии и свержение светских режимов в этих странах угрозы и риски сохраняются. Монополизация власти со стороны Талибан, политика преследования солдат и офицеров свергнутого правительства, свободомыслящей интеллигенции,  нарушение прав женщин и непуштунских этнических групп могут привести к начало нового витка гражданского противостояния. Это в свою очередь создает благоприятные условия  для деятельности террористических группировок.

Использованная литература

  1. Норвегия пригласила представителей Талибан принять участие на встрече в Осло// https://da.azadiradio.com/amp/31665005.html (дата опубликования 30.01.2022).
  2. Талибы провели встречи в Осло с представителями стран Европы//https://www.swissinfo.ch/rus/ (дата опубликования 24.01.2022).
  3. Политика недели: Красные линии Дюранда// https://afghanistan.ru/doc/147686.html (дата опубликования 10.01.2022).
  4. Сафранчук. И.А. Афганистан после смены режима: внутренняя и международная неопределенность(экспертный доклад)[И.А.Сафранчук и др.]//www.mgimo.ru.
  5. Full Text of US-Taliban Peace Agreement //https://nation.com.pk/01-Mar-2020/full-text-of-us-taliban-peace-agreement (дата обращения02.22).
  6. Выступление Президента Республики Таджикистана Эмомали Рахмона на внеочередной сессии Совета коллективной безопасности ОДКБ. 10 января 2022.г.https://odkb-csto.org/news/news_
  7. Доклад Совета безопасности: сын Усамы бен Ладен для встречи с талибами посетил Афганистан//https://www.bbc.com/persian/afghanistan-60271545.amp (дата опубликования 06.02.2022).
  8. Семёнов К. Роль и место движения «Талибан» на карте мирового исламизма, его вызовы и угрозы// https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics (дата опубликования 2 сентября 2021u/).
  9. Серенко Андрей. Джихад за Карабах. Чем это грозит России? Сунниты и шииты нашли новое поле для противостояния //https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/rol-i-mesto-dvizheniya-taliban-na-karte-mirovogo-islamizma-ego-vyzovy-i-ugrozy/(дата опубликования 02.09.2022).

Косимшо Искандаров — Доктор исторический наук, профессор, афганист, историк и политолог. Закончил Таджикский государственный университет имени В.И.Ленина (ТНУ) в 1979 г., исторический факультет. Имеет более 200 монографических исследований и статей по проблемам ислама, необходимости безопасности, таджикско-афганских отношений, а также вопросам управления природными ресурсами.